The Table, the Donkey and the Stick — Чтение на русском

Заголовки историй пока показаны по-английски; текст каждой истории — на русском.

Давным-давно в деревне с соломенными крышами и узкими переулками жил старый портной с тремя сыновьями и одной козой. Сыновей звали Ганс — старший, Петер — второй и Якоб — младший. Коза давала им хорошее молоко каждый день, поэтому её нужно было хорошо кормить и выводить на зелёный луг пастись — эту работу сыновья делили между собой по очереди. Каждый вечер, когда сын, дежуривший в тот день, приводил её домой и привязывал к столбу, старый портной любил выглянуть из дверей, довольный своим тихим маленьким хозяйством. Коза стояла и жевала верёвку, округлая и довольная на вид, а три брата опирались на забор позади неё, ожидая, чья очередь будет завтра с утра. В тот вечер двор был таким же обычным и мирным, как любой другой в деревне — хотя долго это не продлится.

По очереди каждый брат выводил козу на зелёный луг у стены старого кладбища, позволял ей весь день пастись на самой сладкой траве, какую она только могла найти, и приводил её домой каждый вечер с округлившимися от сытости боками. Но у козы был озорной нрав, о котором никто и не подозревал. Каждую ночь, когда старый портной выходил спросить её самого, досыта ли она ела, козочка отвечала: «Откуда мне было досыта? Весь день я нашла только немного мха на камне, бе-е, бе-е». Поверив козе больше, чем своим сыновьям, старый портной приходил в ярость каждый раз, уверенный, что дежурный сын из лени морил её голодом. Одного за другим — сначала Ганса, потом Петра, потом Якова — он выгонял сыновей из дома в своём гневе, и они один за другим уходили по дороге с узелком на палке, не зная, куда они идут, только зная, что домой им возвращаться нельзя.

Когда все трое сыновей уехали, старый портной решил сам пасти козу, чтобы больше не было ссор из-за неё. Он выводил её на пастбище с утра до вечера, собственными глазами смотрел, как она щипает траву, пока не могла больше съесть ни травинки, и вечером привёл домой, довольный тем, что исполнил свой долг перед ней. Но когда он спросил её, как обычно, досыта ли она паслась, коза дала ему точно такой же ответ, какой давала его сыновьям: «Откуда мне быть сытой? Весь день ничего не нашла, бе-е, бе-е». В тот же миг старый портной понял — его сыновья говорили правду, все трое, а он выгнал их из дома напрасно. Охваченный одновременно стыдом и яростью, он схватил бритву, гладко обрил козе голову, оставив её голой, как собственную ладонь, и выгнал её из двора, щёлкая кнутом в воздухе у неё вслед.

Ганс шёл до тех пор, пока не пришёл в город, который никогда раньше не видел. Там он нашёл работу у столяра — внимательного мастера, который делал красивую мебель из хорошего дерева. Ганс работал усердно и быстро учился, и со временем стал таким же искусным, как его хозяин. Когда годы службы закончились, старый столяр позвал его, чтобы попрощаться. «Ты служил мне верно, — сказал он, — и у меня нет золота, чтобы дать тебе, но я дам тебе кое-что получше». Он поставил перед Гансом маленький, простой на вид деревянный стол. «Это не обычный стол, — сказал столяр. — Скажи ему: "Стол, накройся!", и смотри». Ганс произнёс эти слова, и тут же белая скатерть распростёрлась по столу, а на нём появились тарелки, чашки и блюда с хорошей едой, словно из воздуха. Переполненный радостью, Ганс благодарил своего хозяина снова и снова, взвалил маленький стол себе на плечо и отправился домой, чтобы показать отцу, что он заработал.

Петр тоже скитался, пока не нашёл работу у мельника при бурливом ручье. Он научился молоть зерно и чинить большое вращающееся колесо, и служил так верно, что когда срок его работы истёк, мельник захотел наградить его как следует. «У меня нет лишних денег, — сказал мельник, — но есть кое-что, что тебе пригодится куда больше». Он вывел серого ослика с белой звёздочкой на лбу, спокойного и терпеливого, как никакой другой осёл, что Петр когда-либо видел. «Скажи ему "Кирпичебрик", — сказал мельник, — и сначала расстели тряпку, иначе будет беда». Петр расстелил тряпку на земле, произнёс волшебное слово, и из ослика посыпались золотые дукаты — столько золота, сколько Петр никогда в жизни не видел, оно валилось яркой и тяжёлой кучей на тряпку. Петр едва мог вымолвить слово от радости. Он поблагодарил мельника, аккуратно сложил золото, взял ослика в поводья и вышел на дорогу домой, не дождавшись часа показать отцу своё богатство.

Ганс пришёл домой первым, гордый своим чудесным столом, и поставил его перед отцом у холодного очага. «Смотри, отец», — сказал он и произнёс волшебные слова — но ничего не произошло. Стол остался пустой и простой, совсем обычный стол, и старый портной, теперь больше разочарованный, чем рассерженный, покачал головой и сказал, что его сын научился только сказкам в своём ремесле. Но они не знали одного: Ганс остановился на ночь в придорожной корчме по дороге домой, и трактирщик там, увидев, как он творит волшебство, тихо подменил настоящий стол на обычный, пока Ганс спал. Вскоре после этого пришёл домой и Петер, столь же гордый, и привёл своего осла во двор, чтобы похвастаться золотом. Но когда Петер произнёс волшебное слово, осёл просто стоял там, совсем обычный осёл — потому что тот же самый трактирщик в той же самой корчме подменил его на обычного осла.

Яков, самый младший из троих, прошёл дальше всех, прежде чем нашёл работу. Он поступил в услужение к токарю, который обрабатывал дерево на вращающемся станке. Яков был ловким на руку и быстро учился, а ещё внимательно слушал все истории, что рассказывали в мастерской — в том числе новости о придорожной корчме, где, как говорили, путешественников преследовала странная беда. Когда годы его службы закончились, токарь вручил ему простой холщовый мешок. «В этом мешке лежит палка, — сказал токарь, — и если кто-нибудь когда-нибудь обидит тебя, скажи „Палка, из мешка!" — и она позаботится о том, чтобы справедливость восторжествовала. Скажи „Палка, в мешок!", когда захочешь, чтобы она остановилась». Яков поблагодарил его, осторожно перекинул мешок через плечо и отправился домой. Он шёл медленно, следя за дорогой впереди и прижимая мешок к боку, потому что у него было предчувствие — какое-то странное предчувствие — что его ждёт что-то важное на следующей корчме, куда он зайдёт.

В тот вечер Яков пришёл в ту самую гостиницу, где останавливались его братья, хотя об этом ещё не знал. Он поужинал, ничего не сказал о том, что лежало в его мешке, и лёг спать, подложив мешок себе под голову вместо подушки. Хозяин гостиницы, уже хорошо нажившийся на волшебном столе и золотоносном осле, спрятанных в подвале, прокрался в комнату после полуночи. Он был уверен, что в простом мешке путника должно быть что-нибудь столь же ценное. Но едва его пальцы коснулись мешка, Яков вскочил и закричал: «Палка, из мешка!» Палка тут же выскочила и набросилась на хозяина, швыряя его из стены в стену, пока тот не начал вопить и молить о пощаде. «Хватит, хватит, я всё верну!» — кричал он. Яков заставил его тут же принести из подвала настоящий стол и настоящего осла, и только тогда произнёс волшебное слово, которое отправило палку обратно в мешок.

Яков наконец вернулся домой со столом, ослом и мешком с палкой внутри и застал своих братьев уже там — они неуверенно ждали, чтобы узнать, что принёс им младший брат. В самой портняжной мастерской, где старый портной провёл всю жизнь, измеряя ткань, Яков поставил маленький столик и произнёс волшебные слова. Тут же столик накрылся самым богатым пиршеством, какое старый портной когда-либо видел — мясо, хлеб, фрукты и вино, достаточно для всей семьи и ещё с избытком. Потом они привели осла и сказали «Бриклебрит», и золотые дукаты посыпались на пол, пока везде не заблистало золото. Старый портной смотрел то на стол, то на осла, то на своих трёх сыновей, и впервые со дня той страшной вечери с козой он понял, что обидел каждого из них. Он заплакал и обнял каждого сына по очереди, прося у них прощения, и с того дня семья жила вместе в избушке, ни в чём не нуждаясь.

Что же касается козы — ведь рассказ не считается законченным, пока не узнаешь судьбу каждого существа в нём — вот что с ней произошло. Стыдясь своей голой лысой головы, она убежала в глубокий лес и спряталась в пустой лисьей норе, вырытой в склоне холма. Когда лиса вернулась домой той ночью и увидела два странных глаза, светящихся ей из собственной норы, она в ужасе бросилась бежать и рассказала медведю, что в его берлогу поселился страшный зверь. Медведь пошёл посмотреть, один взгляд на бледную светящуюся голову, выглядывающую из темноты, — и он помчался прочь, ничуть не медленнее лисы. Тогда маленькая пчела, услышав весь этот переполох, сказала, что быстро разберётся с делом, и полетела прямо в нору, где больно ужалила козу прямо в её голую лысую голову. Коза вскочила с испуганным блеянием и бросилась в мир — и с тех пор никто никогда не видел, куда она делась.